Боевые дроны: граница на замке

Боевые дроны: граница на замке Квадрокоптеры

«барражирующая труба»

Как считают опрошенные RT эксперты, функционал использования квадрокоптеров на театре военных действий чрезвычайно широк, о чём свидетельствует практика их применения в локальных конфликтах и тенденции в перевооружении армий зарубежных государств.

В частности, турецкая компания STM выпускает разведывательно-ударный беспилотник Kargu-2, который, по информации экспертов Совета Безопасности ООН, был задействован в ливийском конфликте против войск маршала Халифы Хафтара.

По данным разработчика, турецкий квадрокоптер способен выполнять автономные полёты в любое время суток, автоматически распознавать цели, может применять различные системы слежения за объектами противника и оснащаться несколькими типами боеприпасов.

Kargu-2 летает на электрической силовой установке. Полезная (боевая) нагрузка аппарата составляет 1,3 кг, время пребывания в воздухе — 30 минут, дистанция связи с оператором — 5—10 км. 

В беседе с RT главный редактор журнала «Арсенал Отечества» Виктор Мураховский сообщил, что основные преимущества мини-дрона — это манёвренность, способность продолжительного зависания над целью, дешевизна, простота эксплуатации — квадрокоптер не требует приспособлений для запуска и посадки, а также специальных навыков оператора.

Помимо этого, такой БПЛА относительно легко изготавливается из-за широкой доступности на рынке комплектующих. В то же время по причине небольшой массы квадрокоптер подвержен негативному влиянию погодных факторов (ветра, снега, дождя).

Смотрите про коптеры:  Пусть ваши полы блестят: робот-пылесос Roborox

«Это направление развивается, но пока квадрокоптеров не слишком много в войсках государств — лидеров в сфере беспилотной авиации. Одна из причин — небольшая дальность и невысокая полезная нагрузка по сравнению с БПЛА самолётного типа. Тем не менее у квадрокоптера есть свои существенные преимущества, и постепенно он превращается в средство боевого применения в тактической зоне», — подчеркнул Мураховский.

По словам эксперта, при определённых доработках мини-дрон вполне может стать носителем разнообразных средств поражения. Например, такую концепцию БПЛА развивает сейчас витебское конструкторское бюро «Дисплей». Предприятие рассчитывает добиться успеха в разработке двух разведывательно-ударных дронов.

Первый, «Квадро-1600», оснащён двумя одноразовыми противотанковыми гранатомётами РПГ-26. Взлётная масса квадрокоптера — 45 кг, время пребывания в воздухе — 25 минут, дальность — 5 км, скорость — 40 км/ч. При необходимости дрон может передавать видеоданные на дальность до 6 тыс. м.

Второй аппарат получил наименование «Барражирующая труба». Он имеет более скромные размеры и массу и оснащён одним гранатомётом РПГ-26. Дальность полёта белорусского БПЛА составляет 2 км. На беспилотниках может быть установлено поворотное устройство, которое позволяет при прицеливании изменять угол наклона боеприпаса до 90 градусов.

«На самом деле идею применения квадрокоптеров в вооружённых силах не только для разведки, но и для нанесения ударов подсказали боевики в период конфликтов на Ближнем Востоке. Для диверсий сначала они подвешивали к дронам боеприпасы к подствольным гранатомётам, а потом начали применять и другую взрывчатку», — отметил Мураховский.

Помимо оснащения малогабаритными боеприпасами, эксперт считает перспективной установку на квадрокоптеры «безоткатные» средства поражения — они позволят эффективно уничтожать беспилотники противника, не повреждая отдачей носитель. Ещё одним направлением развития конструкторской мысли, как говорит эксперт, может стать дальнейшее совершенствование дронов-сапёров, обладающих возможностью осуществлять «точечное минирование».

Lightingstrike, aurora flight sciences

Ударный беспилотник с вертикальным взлетом, разрабатываемый в рамках программы DARPA VTOL X-plane. Планируется газотурбинный двигатель мощностью 3 МВт (4 тыс. л.с.), 24 канальных вентилятора – по 9 в каждом поворотном крыле и по 3 в поворотных носовых кэнардах. 4.5 тонны. Планируемые скорости – 740 км/ч, полезная нагрузка – около 1.8 тонн. Ожидаемое время постройки – 2023 год.

2023.04.22 Прототип дрона будущего Darpa становится на крыло. 1:5 

Название проекта LOCUST ВМС США расшифровывается, как LOw-Cost Unmanned aerial vehickle Swarming Technology, т.е. технология роя недорогих беспилотников.Пусковая установка проекта LOCUST, разработанного в офисе военно-морских исследований США, способна за несколько секунд запустить в воздух целую группу беспилотников самолетного типа.

Дроны предназначены для решения задач целеуказания, а также они могут затруднять работу систем ПВО врага. Основное преимущество такого подхода – противнику сложнее работать с большим числом небольших целей, выполняющих задачу, например, корректирования огня.

Часть беспилотников группы по-замыслу может быть переоборудована для  использования в качестве барражирующего боеприпаса. Видимо, американцам понравился опыт израильтян с их HARPY, которую хотели бы закупить немало стран. Новости по ссылке.

Loyal Wingman, Boeing, США

В разработке на 2020 год. 

MALE UAS, средневысотный телеуправляемый БЛА, самолетного типа, первоначально разведывательный (RQ-1), позднее был модифицирован до многоцелевого (MQ-1). С 2023 года в США планируют отказаться от его использования. 

Многоцелевой телеуправляемый БЛА самолетного типа. Стоимость – порядка $21 млн за единицу. Может нести на себе ракеты воздух-земля.

Многоцелевой BAMS UAS, самолетного типа. Для разведывательных целей. Способен оставаться в воздухе более 24 часов. Создан по заказу ВМФ США, как дальнейшее развитие BAMS UAS RQ-4 Global Hawk. Первый полет – 22 мая 2023 года. Планируется выпуск 68 штук. Стоимость порядка $182 млн (считая расходы на разработку).

Военные микро-бпла

Военное также ведут разработки микро-БПЛА.

Помимо вышеупомянутого Black Hornet Nano можно вспомнить проект разведывательных микродронов «Цикада».

Его отличительными особенностями должны стать минимальная заметность и стоимость – при массовом производстве она должна составить 250 долларов за единицу. «Цикада» не имеет двигателя. Её запуск осуществляется с воздушного носителя. А далее она бесшумно планирует со скоростью до 74 км/ч.

На испытаниях БПЛА «Цикада» были выпущены с высоты 17500 метров. После чего они пролетели порядка 20 километров и приземлились в 5 метрах от своей цели.

Для поражения противника дроны «Цикада» малопригодны. Но они могут «вскрыть» позиции противника, подготовив почву для последующего удара.

Ещё одним интересным проектом является проект микро-БПЛА GLUAS (Grenade Launched Unmanned Aerial Systems), запускаемого из стандартного армейского 40-мм подствольного гранатомёта M-203. Разрабатываются две версии – одна по схеме параплана, другая – вертолётного типа.

В настоящий момент микро-БПЛА GLUAS планируется использовать для разведки местности и обнаружения целей. Но в последующем нельзя исключать их применение и для уничтожения целей.

В России компанией ЗАО «Аэрокон» в инициативном порядке разработан микро-БПЛА самолётного типа «Инспектор-101», выполненный по схеме «бесхвостка», с тянущим воздушным винтом, вращаемым электродвигателем. Радиус действия БПЛА «Инспектор-101» составляет 1,5 км, время полета порядка 30–40 минут при скорости 8–20 м/с на высоте от 25 до 500 метров. Оборудование БПЛА «Инспектор-101» включает неподвижную видеокамеру переднего обзора.

Группа компаний «Кронштадт» представила на форуме «Армия-2020» нано-БПЛА квадрокоптерного типа предполагаемой массой порядка 180 грамм. Его технические характеристики на текущий момент неизвестны.

Также, по некоторым данным, Объединенной приборостроительной корпорацией разрабатывается БПЛА «Стрекоза» (существуют и другие БПЛА с таким названием). Это аналог норвежского Black Hornet Nano. Однако никаких подробностей по нему пока нет.

Дроны боевого назначения

Удивительно, но первые БПЛА

появились

еще в середине XIX века. Первопроходцами здесь были австрийцы. Спасая от развала свою империю, они шли на разные военные ухищрения. Одним из таких приемов стала воздушная атака Венеции при помощи беспилотных аэростатов. Историческая вещь, одним словом.

Боевые дроны: граница на замке

Еще одна примечательная история. Гениальный Тесла все-таки был гениален во всем. Он, как оказывается и к БПЛА-технологиям приложил свою руку. Правда, особых успехов в сфере беспилотных технологий не добился, но свою скромную лепту в их развитие таки внес.

В начале XX века разработки в области беспилотья активно проводила Германия, которая вела масштабную подготовку к Первой мировой войне. Гонку подхватили Соединенные Штаты. Последние, кстати, и произвели первый настоящий беспилотный самолет – «Жук» Каттеринга. Летательный аппарат имел неплохие технические характеристики и обладал свойством камикадзе – в нужный момент сбрасывал крылья и обрушивался на вражеские позиции.

К гонке БПЛА-вооружений в 20-30 гг. подключилось и молодое советское государство. Разработками занимались в ленинградском НИМТИ. Их планер ПСН-1 запускался при помощи самолета-носителя и мог нести одну торпеду.

В период Второй мировой войны беспилотные системы лучше всего развивались в Великобритании и США. Кстати, знаменитая британка – женщина-пилот Эми Джонсон – одна из первых опробовала свойства самолета «Queen Bee», изначально созданного по принципу радиоуправляемого беспилотного аппарата.

Боевые дроны: граница на замке

После Второй мировой войны главное соперничество в беспилотной отрасли развернулось между США и СССР. Их гегемонию в 60-70 году нарушил Израиль, который сегодня считается одним из лидеров БПЛАпрома. По завершении «холодной войны» началась эпоха развития дронов в гражданской авиации, которую эксперты оценивают в качестве революционной для развития всего человечества.

История военных беспилотников

Летательные аппараты для ведения боевых действий начали использовать ещё в XIX веке. Первым прародителем современных боевых дронов принято считать аэростаты для сброса авиабомб. Разработки беспилотных аппаратов начались в 30-х годах в США, а новый толчок к развитию технологии дала Вторая Мировая Война.

В те времена у американцев появился проект по переоборудованию бомбардировщиков В-17, которое бы позволило управлять ими дистанционно через радиосигнал. Взлететь самостоятельно самолёт не мог — для этого требовался бортмеханик и пилот, которые после катапультировались с борта.

За беспилотным В-17 следовал самолёт сопровождения, с борта которого управлялся беспилотник через теле- и радиосвязь. Было переоборудовано 17 машин, из которых только одна выполнила задачу. После этого проект закрыли и не возвращались к нему вплоть до середины 60-х годов.

https://www.youtube.com/watch?v=QTf3XQeh2LA

Британцы во время Второй Мировой тоже пытались использовать беспилотники. Они создали торпедоносец Interstate TDR-1, предназначенный для поражения судов противника. В 1942 году прошли испытания и было поручено создать 18 ударных эскадрилий из 1000 машин. Однако вскоре флот противника был уничтожен обычными ЛА, а потому необходимость в подобных разработках отпала.

торпедоносец Interstate TDR-1

История применения

Первым удачным применением военных дронов считают 1983 год. Тогда в ходе Ливанской войны армия Израиля при помощи БПЛА уничтожила 86 самолётов армии Сирии и 18 батарей ПВО. После этой демонстрации государства по-новому взглянули на возможности беспилотной авиатехники.

Начиная с 90-х годов лидерство в производстве квадракоптеров военного назначения перешло к американцам. Такие аппараты активно использовались во время операции «Буря в пустыне» и при бомбардировках Югославии. В 2002 году американцы при помощи штурмового беспилотника уничтожили авто, в котором ехал один из лидеров Аль-Каиды — после этого армия США стала активно применять дроны именно для уничтожения боевиков, их баз и опорных пунктов.

Что касается использования таких машин Россией, то серьёзно решать проблему стали только после восьмидневной войны с Грузией в августе 2008 года. Армией РФ используется два беспилотника — «Орлан» и «Форпост», прошедшие боевое крещение в Сирии.

военный дрон Орлан

Как обычные коптеры стали боевыми машинами? китайцы из dji за нас! (2023) – смотреть онлайн в хорошем качестве про войну-военная хроника.

30.05.2023  Война на УкраинеСпецоперация России на Украине.

Как обычные коптеры стали боевыми машинами? Китайцы из DJI за нас! (2023)

Впервые в мировой истории квадрокоптеры применяется на войне столь интенсивно. Без них уже фактически немыслимы боевые действия: корректировка огня артиллерии, разведка и даже удары с воздуха.
Суть бытового коптера проста — запускаете его, поднимаете над собой на высоту 200-500 метров и видите что происходит вокруг не подвергая себя риску. Не обязательно занимать высоты для наблюдения.
Если коптер мощный и может зависать в воздухе дольше 30 минут — летите на 1-3 километра в сторону и ведете разведку/корректировку. Сбить такой квадрокоптер без спецсистем практически невозможно — на высоте 500 метров его будет и не слышно. Юркий, маленький, компактный — влезет даже в карман.
90% всех коптеров применяемых сейчас на фронтах Украины являются коптеры китайской фирмы DJI. Китай осуждает их использование на войне, но коптеры не деактивирует (там хитрое ПО) и явно действует в интересах России.
Стандартный и самый актуальный DJI Мавик-3 сейчас стоит 300-500 тысяч рублей, т.е. в несколько раз больше чем до конфликта.
Видео-разбор ангажированной «Редакции» во главе с Пивоваровым. Прошёлся он по верхам. Так не упомянута работающая с первых дней конфликта компактная система AeroScope, которая засекает все дроны DJI находящиеся в воздухе и показывающая откуда они взлетели (метки GPS), поэтому сразу после взлета оператор должен ОБЯЗАТЕЛЬНО сменить местонахождение. Штука не редкая и доступная.

Чего ЭКСТРЕННО не хватает Российской Армии на Украине? От этого просто БОМБИТ! НУЖНО СРОЧНО! (2023)

Война «В ДОЛГУЮ»: «Киев рассчитывает продержаться 2-3 года. Интересно, как он это себе представляет?» 14.05.2023 (Юрий Подоляка, 2023)

Генштаб ВСУ в отчаянии: Одесса осталась без ракет для ПВО, а ВКС РФ уничтожили склад авиазапчастей 12.05.2023 (2023)

25.05.2023 Война на Украине: Почему ВСУ не хочет отходить из Донбасса? Юрий Подоляка (2023)

Ополченец Владлен Татарский: «Война будет вечной». Жестко о войне на Украине без пропаганды (2023)

Коммерческие микро-бпла

Самые недорогие модели, продающиеся в китайских интернет-магазинах стоят порядка 1000–5000 рублей.

Выполненные из пластика, с массой от нескольких десятков до нескольких сотен грамм, они обладают встроенным гироскопом, электродвигателями и литиевыми аккумуляторными батареями, цветной видеокамерой формата HD и выше. Управление китайскими микродронами может осуществляться с помощью смартфона, закреплённого в специальном пульте, или с помощью очков виртуальной реальности, выполненных на базе того же смартфона.

Время полёта таких микро-БПЛА составляет 5–15 минут, дальность полёта до нескольких десятков сотен метров, скорость 3–7 м/с.

Одной из наиболее продвинутых непрофессиональных моделей является БПЛА DGI Mavic Mini массой 249 грамм. Его габариты в сложенном состоянии составляют 140х82х57 мм, в разложенном состоянии с винтами 245х290х55 мм. Стоимость БПЛА DGI Mavic Mini составляет порядка 35–40 тысяч рублей.

Скороподъёмность БПЛА DGI Mavic Mini до 4 м/с, максимальная скорость до 13 м/с, допустимая скорость ветра до 8 м/с. Максимальная высота полёта 3 километра (для такого малыша!), максимальная дальность полёта до двух километров (ограничена дальностью передачи видеосигнала), время полёта до 30 минут. Видеокамера БПЛА DGI Mavic Mini стабилизирована в трёх плоскостях.

Ещё одним интересным типом «бытовых» БПЛА можно назвать так называемые «БПЛА для селфи». Масса таких дронов находится в пределах 50–300 грамм, время полёта порядка 15 минут.

Помимо малых габаритов их отличает простота использования, удобство переноски и примитивность управления (пользователь должен делать фото себя любимого, а не отвлекаться на управление дроном).

Одной из наиболее интересных моделей можно назвать итальянский микро-БПЛА AirSelfie. Его масса составляет всего 80 грамм, корпус металлический, все движущиеся части закрыты. Габариты БПЛА AirSelfie сопоставимы с габаритами смартфона. Высота полёта составляет до 10 метров.

Носители и тактика

Потенциально в качестве носителя противопехотных микро-БПЛА-камикадзе могут выступать все бойцы наземных подразделений. К примеру, взяв американский опыт, БПЛА могут запускаться из штатного 40-мм подствольного гранатомёта.

Однако здесь существует проблема управления. В то время, пока боец управляет микро-БПЛА (даже если последний значительно автоматизирован), он будет сильно отвлекаться от окружающей обстановки. Что в боевой ситуации недопустимо и может привести к тому, что такого оператора БПЛА зарежут обычным ножом.

Оптимальном решением может стать ввод в наземное подразделение отдельного бойца (или нескольких бойцов) – носителя/оператора микро-БПЛА-камикадзе, осуществляющего огневую поддержку или даже приоритетное поражение живой силы противника.

В первом случае он будет осуществлять уничтожение наиболее сложных и опасных целей – огневых точек противника, снайперов, пулемётчиков, гранатомётчиков, расчёты миномётов и ПТРК.

Во втором случае носители/операторы микро-БПЛА-камикадзе будут осуществлять последовательный поиск и уничтожение всей живой силы противника в заданном районе, тогда как остальные бойцы будут прикрывать их от прямой атаки.

При массе микро-БПЛА-камикадзе порядка 150–250 грамм в размерах смартфона носитель/оператор сможет нести около 100 микро-БПЛА-камикадзе, установленных в кассетах, в ранце за спиной.

Управление микро-БПЛА-камикадзе будет осуществляться с помощью дисплея виртуальной реальности, расположенного на шлеме бойца и опускаемого на глаза во время боевой работы, а также специализированных контроллеров, в перспективе интегрируемых непосредственно в перчатки бойца.

В обозримой перспективе в вооружённых силах могут появиться экзоскелеты, которые могут значительно повысить объём и массу переносимого груза. Если для активного ведения боевых действий экзоскелеты ещё не пригодны, то в качестве средства для транспортировки нескольких сотен микро-БПЛА-камикадзе они вполне могут подойти.

Также микро-БПЛА-камикадзе могут размещаться и на боевой технике, в специализированных унифицированных контейнерах – пусковых установках. В этом случае количество микродронов на одном носителе может составлять тысячи штук. Также боевые машины могут обладать более мощными системами связи с БПЛА и комфортными условиями для работы операторов.

При дальности полёта/управления порядка 1000–2000 метров носители микро-БПЛА-камикадзе могут обеспечить контроль территории и поражение живой силы противника на площади от трёх до тринадцати квадратных километров.

Микро-БПЛА-камикадзе окажут огромное воздействие на облик поля боя.

Значительно изменится понятие «укрытие», если оно вообще останется. От микро-БПЛА-камикадзе не защитят бетонные блоки, окопы, долговременные огневые точки (ДОТ) и иные защитные сооружения, если это не герметичное бронированное убежище типа танка (против которого могут применить более крупные БПЛА-камикадзе).

Обеспечить выживаемость наземных подразделений от атаки микро-БПЛА-камикадзе смогут только перспективные автоматические активные системы обороны, которых пока нет. Возможности ручных систем, управляемых человеком, будут весьма ограничены, поскольку в условиях динамичного боя человек может легко не заметить компактный, малозаметный БПЛА и пропустить атаку.

Огромное влияние микро-БПЛА-камикадзе окажут на ведение боевых действий в городе.

Вместо применения тяжёлых вооружений, используемых для зачистки зданий путём их фактического разрушения (что создаёт огромный риск для мирного населения), или сложного и тяжёлого штурма с неизбежными потерями, зачистка зданий будет осуществляться микродронами, способными обнаружить, уничтожить или заблокировать противника.

Оружие настоящего: как используют боевые дроны и чем с ними борются

// puid2: ‘229103’,
if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) {
var params = {
p1: ‘bzorw’,
p2: ‘fulf’,

puid8: window.localStorage.getItem(‘puid8’),
puid12: ‘186107’,
puid21: 1,
puid26: window.localStorage.getItem(‘puid26′),

extid: (function(){var a=”,b=’custom_id_user’;if(!localStorage.getItem(b)){var c=’ABCDEFGHIJKLMNOPQRSTUVWXYZabcdefghijklmnopqrstuvwxyz0123456789′;for(var i=0;i<47;i ){a =c.charAt(Math.floor(Math.random()*c.length));}a=encodeURIComponent(a);localStorage.setItem(b,a);}else{a=localStorage.getItem(b);}return a;})(),
extid_tag: ‘rentv’,
};
const pk = window.localStorage.getItem(‘pk’);
if (pk) {
params.pk = pk;
params.pke = ‘1’;
}
var existBidding = window.localStorage.getItem(‘getBidsReceived’).split(‘,’)
if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(‘adfox_151870620891737873_890255’)) {
window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([
{
“code”: ‘adfox_151870620891737873_890255’,
“bids”: [
{ “bidder”: “adriver”, “params”: { “placementId”: “30:rentv_970x250_mid” } },
{ “bidder”: “myTarget”, “params”: { “placementId”: “336252” } },
{ “bidder”: “relap”, “params”: { “placementId”: “tJ2dQzv69g33YmJi” } },
{ “bidder”: “bidvol”, “params”: { “placementId”: “16855” } },
{ “bidder”: “otm”, “params”: { “placementId”: “24107” } },
{ “bidder”: “adfox_adsmart”, “params”: {
“pp”: “h”,
“ps”: “doty”,
“p2”: “ul”,
“puid20”: “”
}},
{ “bidder”: “betweenDigital”, “params”: { “placementId”: “2755771” } }
],
“sizes”: [ [970,250], [728,250], [728,90], [990,90], [990,250] ]
}
]);
}
window.yaContextCb.push(() => {
Ya.adfoxCode.createScroll({
ownerId: 264443,
containerId: ‘adfox_151870620891737873_890255’,
params: params,
lazyLoad: {
fetchMargin: ‘200’,
mobileScaling: ‘2’
}
}, [‘desktop’, ‘tablet’], {
tabletWidth: 1104,
phoneWidth: 576,
isAutoReloads: false
});
});

}

Проблемы боевого применения бпла

Наиболее активный пользователь боевых дронов — США, в основном аппараты применяются в ходе боевых действий и антитеррористических операций на Ближнем Востоке. Например, в 2023 году военные дроны обнаружили убежище Бен Ладена в Пакистане. С началом войны в Сирии такие же аппараты помогли в обнаружении и уничтожения Джихади Джона, который прославился тем, что выкладывал в сеть видео с обезглавливанием людей.

В мире обсуждается проблематика ведения войны с использованием БПЛА. Главная причина — большое количество жертв среди местного населения. К другим проблемам относятся:

  • «Иллюзия вседозволенности». Есть ли у командования моральное право использовать дронов для уничтожения людей?
  • Большая текучка среди операторов управления, главная причина — муки совести из-за убийства людей.
  • Для управления и распознавания целей используется искусственный интеллект (нейросеть), некоторые боятся «восстания машин».
  • ИИ зачастую не может отличить комбатанта от мирного жителя. Например, боевые дроны уничтожают детей, которые играют с игрушечными автоматами.
  • Нейросеть не в состоянии отличить комбатанта от военнопленного, который уже не оказывает сопротивления и хочет сдаться.
  • Доступность технологии. Террористы могут купить квадрокоптер на чёрном рынке и использовать его в своих целей. Из последних примеров — массированные атаки дронов ИГИЛ на военные базы и аэродромы в Сирии.
  • Террористы могут использовать гражданские модели беспилотников для проведения актов в городах Европы и США. Например — распылить отравляющие или радиоактивные вещества над массовыми скоплениями людей.
  • Правовые аспекты применения таких машин пока не решены. Соответственно, операторы могут быть осуждены.

Самые опасные военные дроны

WU-14. Китайская машина, которая изначально позиционировалась как «научный аппарат», но позже была признанна военным дроном. Предназначен для сверхдальних перелётов, может доставить ядерный боезапас на другой континент.

Taranis. Засекреченная разработка британского ВПК. Известно, что аппарат оснащён системой «стелс», применим для межконтинентальных перелётов.

X-47 B С. Американская разработка. Автономная влёт-посадка, под крыльями установлены ракеты, которые запускаются оператором из штаба.

военный дрон X-47 B С

IAI Harpy. БПЛА-камикадзе — поле обнаружения цели пикирует на неё и наносит осколочно-фугасное повреждение. Используется как против техники, так и против солдат врага.

MQ-9 Reaper. Замена легендарному MQ-1 Predator, который всё ещё состоит на вооружении армии США. Грузовая нагрузка составляет 4,7 тонны, что даёт возможность нести большой арсенал, радиус действия — 13 км. Считается наиболее опасным военным дроном современности. Несёт четыре ракет «Хэллфаер» и две 500-фунтовые управляемые бомбы.

S-100 Camcopter. Австралийский аппарат, чаще всего используется как разведчик, хотя может применяться и для уничтожения живой силы противника.

C-Worker 5. Британский дрон морского базирования, используется для обнаружения воздушных, надводных и подводных целей, а также для траления. Минус — небольшая скорость, плюс — неделя автономной работы без дозаправки.

Форпост. Российский дрон, прошёл боевое крещение в сирийском конфликте. Является модернизацией израильской машины Searcher 2.

Терминаторы в деле: автономные боевые роботы пришли на поля сражений

2023 год стал рубежным в давно уже обсуждаемой теме применения автономных от человека боевых машин. Если раньше за пультом беспилотных дронов практически всегда находился человек, и именно человек принимал решение о применении оружия, открытии огня и убийстве других людей с помощью дистанционно управляемой техники — то теперь свершилось то, о чём уже не первый год ломают копья на самых высоких международных площадках.

Как стало известно весной, роботы начали находить и убивать людей на поле боя, принимая решения самостоятельно — без участия оператора или его командира. Совсем недавно такой возможности разработчики военной техники и военные ведомства разных стран немного «стеснялись».

Однако известия о том, что подобное уже реально используется на полях сражений, обрушили плотину. После этого разговоры в ООН, конечно, продолжились — но гонка вооружений в области создания автономных боевых роботов (они же «автономные боевые системы», они же «автономные системы уничтожения», они же «смертоносные автономные системы вооружений» в документах ООН, строгая терминология ещё не устоялась) стала вестись публично и открыто.

Начнём с более-менее свежих новостей.

В середине октября 2023 года по сети разлетелись фотографии усовершенствованного «робо-пса» Q-UGV, он же Vision 60, от американской компании Ghost Robotics. Изначально эти многоцелевые четвероногие шагоходы предполагалось использовать для разведки, патрулирования, картографирования, связи, осмотра опасных объектов и тому подобных целей, в каковом качестве испытывались на базе ВВС США Неллис в Неваде, а затем были поставлены на боевое дежурство на базе ВВС Тиндалл во Флориде. Они могут работать как под дистанционным управлением оператора, так и автономно согласно заложенным алгоритмам поведения.

Уже на стадии испытаний разработчик объявил, что гибкая модульность Q-UGV представляет самые широкие и гибкие возможности для использования, ограниченные только возможностями и фантазией владельца. Четыре лапы позволяют дроиду ходить, бегать и карабкаться по очень сложным ландшафтам и постройкам, в том числе разрушенным, в любое время суток и погоду.

Теперь же «робо-пёс» получил на «спину» массивный боевой модуль SPUR (Special Purpose Unmanned Rifle) от SWORD International. Он включает в себя систему снайперский комплекс с электронно-оптическим датчиком и тепловизором, системой анализа целей и наведения, способный вести прицельный огонь на расстоянии до 1200 метров. Он может оснащаться оружейным блоком под патроны Creedmoor калибром 6,5 мм, либо же под стандартные 7.62 NATO.

Важной особенностью получившейся машины разработчики называют её способность действовать без участия оператора в полной автономности. В том числе – что, в общем-то, и стало самой громкой составляющей новости — самостоятельно определять и поражать цели без участия и подтверждения человека-оператора. Более того, сообщается, что этими устройствами то ли ещё заинтересовались, то ли уже начали закупки вооружённые силы США и Австралии, сближающиеся в рамках нового блока AUKUS.

«Что скажете теперь, мешки с костями, а-ха-ха?»

19 октября уже российские военные объявили о полигонных испытаниях группы автономных ударных боевых роботов «Маркер» от «Андроидной техники» и Фонда перспективных исследований. Три колёсные и две гусеничные машины, оснащённые пулемётами, гранатомётами и ракетами, без участия операторов занимали выгодные огневые позиции, решали задачи по распределению целей в группе, реагировали на меняющуюся боевую обстановку и обменивались целеуказаниями.
И американские, и российские автономные боевые роботы пока что – по заявлениям военных РФ и США — планируется использовать прежде всего для охраны важных объектов. Российские «Маркеры» ранее уже обкатали на периметре космодрома «Восточный».

И американских «робо-псов», и российских «маркеров» пока что предполагается использовать прежде всего в охране особо важных объектов – как и полагается в классическом

киберпанке

. И тем и другим уже не суждено стать первым автономным роботом, убившим человека. Эту пальму первенства взяли турецкие боевые роботы — причём не сейчас, а полтора года тому назад.

Весной 2023 года из доклада группы экспертов Совбеза ООН по Ливии мир узнал о первом подтверждённом эпизоде применения автономного боевого робота против противников-людей.

По данным ООН, ещё в марте 2020 года барражирующие боеприпасы-квадрокоптеры STM Kargu-2 турецкого производства, поддерживавшие с воздуха наступающие войска западноливийского ПНС, самостоятельно, без участия операторов определяли цели и атаковали отступающие войска маршала Хафтара.

На эти несколько фраз в вышедшем в марте докладе экспертов ООН мировые СМИ и международные организации обратили внимание только в мае. После чего начался очередной раунд ведущейся уже не первый год дискуссии о границах применимости в военных действиях полностью автономных боевых машин.

Ну а военные ведомства и комплексы ВПК бросились усиленно разрабатывать собственные образцы роботов-убийц — и приоткрывать завесу секретности над уже созданным. Естественно, такие системы все, кто могут, разрабатывают уже давно. Не только американцы, россияне и турки: есть сведения об активной работе в этой области французов, британцев, израильтян, китайцев, южнокорейцев, иранцев. До 2023 года говорить об этом открыто считалось не совсем «приличным» и чреватым бурной общественной критикой. Теперь же все военные ведомства могут кивать на разнообразных вероятных противников и на необходимость не уступать им в военных технологиях.

Те самые квадрокоптеры-камикадзе STM Kargu-2, ставшими первыми в истории применёнными для убийства живой силы противника автономными роботами-убийцами

Беспилотная техника на поле боя — давно уже не новость. Боевые дроны от крупных высотных машин до крохотных разведывательных «вертолётиков» активно применяются в военном деле не первый десяток лет. И не только передовыми странами с высокотехнологичной военной промышленностью, но и всевозможными боевиками. В нашу эпоху победившего киберпанка собрать примитивный боевой дрон можно в гараже из подержанных китайских запчастей.
Однако доселе практически все они были не автономными, а управляемыми дистанционно: за пультом управления какого-нибудь MQ-9 Reaper или шайтан-квадрокоптера с гранатой в стакане обязательно сидел оператор. Именно он направлял движение беспилотника, именно он нажимал на «пуск» после определения цели и принятия решения на поражение. Машина убивала лишь в техническом смысле — решали убить и стреляли вполне конкретные люди: оператор, его командир или политический руководитель, пусть и находясь порой на другом конце земного шара. Война дронов всё равно оставалась войной людей.

Рабочие места операторов беспилотника ВВС США MQ-9 Reaper

Да, в некотором смысле любая «самонаводящаяся» ракета или планирующая бомба тоже является машиной-убийцей: её сенсоры и компьютер вычленяют цель и донаводятся. Иногда она сама – как часть противокорабельных ракет при атаке ордера кораблей — определяет самую важную из нескольких целей и наводится именно на неё. Однако решение об определении целей и пуске такой ракеты всё равно принимает всё тот же человек.

Полностью автономной боевой машиной, причём уже не первый десяток лет стоящей на вооружении, можно назвать разве что российскую систему автоматизированного ответного ядерного удара «Периметр», она же «Мёртвая рука». Однако на пути боевого применения этого «Скайнета» находится такое количество ограничений, что его можно сравнить скорее со своего рода «растяжкой» с гранатой на «двери» массированного ядерного нападения.

Знаменитый автономный боевой робот ED-209 из «Робокопа». В 1987 году это выглядело фантастикой — в 2023 году это уже реальность

Теперь ситуация меняется: роботы выходят на свободную охоту на двуногую добычу. Человек лишь определяет условия, при которых машина определяет цель как враждебную, и открывает огонь без приказа или хотя бы разрешения от оператора.

Это открывает новую страницу в истории войн – и ставит перед человечеством массу непростых вопросов: от прикладных технических до политических, правовых и этических. Если в «традиционном» применении оружия – включая дистанционно управляемые дроны — всегда есть те конкретные люди, которые отдали приказ и нажали на «спусковой крючок», то кого именно и как признавать виновным в убийстве, решение о котором было принято автономным роботом согласно алгоритмам?

Кто будет отвечать, если программа даст сбой, и машины начнут уничтожать гражданских, медиков, миротворцев или собственных военных? Кто сможет дать точный ответ, был ли это сбой, хакерский взлом или злонамеренная имитация ошибки? Кто понесёт ответственность, если боевая машина полностью выйдет из-под контроля и начнёт убивать всех, кого сможет?

Японский демонстрационный пилотируемый робот Kuratas со страйкбольными пулемётами

В ООН тема автономных боевых машин, и их соответствия нормам международного гуманитарного права, права в области прав человека, конвенции о «негуманном» оружии, активно обсуждается с 2023 года. Как водится — очень этично, но не особенно успешно. Предложения по введению всеобщего моратория на разработку и эксплуатацию автономных боевых систем звучали неоднократно — им выказывали моральную поддержку, но поддерживать всерьёз никто так и не собрался.

На консультациях под эгидой ООН в Женеве в 2023 году из 88 участвовавших стран введение запрета на автономные боевые системы поддержали только 26 государств — и ведущих военных держав среди них не оказалось. Всё, о чём делегации смогли договориться — десяток «потенциальных принципов» самого общего характера: чтобы разработки соответствовали «гуманистическим принципам», а ответственность за их применение всё равно нёс хоть кто-нибудь из людей.

Не возымели особенного эффекта и резолюция Европарламента 2023 года, кампания по запрету автономных боевых роботов 2023 года во главе с лауреаткой Нобелевской премии мира Джоди Уильямс — хотя к ней присоединились 130 общественных организаций из 60 стран мира, а также генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш. По сей день автономные боевые системы находятся в практически не описанной юридически «серой зоне» международного гуманитарного и военного права.

Кампания Stop Killer Robots от Human Rights Watch в августе 2020 года констатировала поддержку уже 165 организаций из 65 стран — однако и то, что лишь 30 из почти 200 стран прямо высказываются в поддержку запрета боевых роботов.

Из заметных военных держав в этом списке оказались только Пакистан и Египет. Прочие предпочитают ограничиваться обтекаемыми формулировками о том, что мы за всё хорошее и гуманное, но не стоит спешить, нужно подумать и разобраться. Международные форумы и встречи разной представительности о запрете автономных боевых машин проходят регулярно в разных точках планеты — но серьёзных перспектив запрета боевых роботов пока что не просматривается.

Дело в том, что запрос на подобные системы у современных военных слишком велик — и продолжит расти в обозримом будущем.

Человек современного урбанизированного общества отнюдь не рвётся убивать и тем более умирать за что бы то ни было. Гуманизм и неприятие насилия в большинстве обществ планеты, что бы ни утверждали некоторые, неуклонно растут — что весьма наглядно показывает и статистика смертей и преступлений, и исследования: к примеру, Стивена Пинкера и Акопа Назаретяна. Число людей, готовых к тому, чтобы идти в атаку на пулемёты и ловить пули своей персональной грудью, а не сидеть с чашкой кофе за пультом дрона в безопасном бункере, падает во всё большем числе стран. То же касается и готовности причинять вред другим людям, даже если это военные враги.

Идеи с отбором в войска психопатов показали сомнительные результаты — подробнее можно почитать в одной из моих старых статей . Даже частные военные компании всё чаще предпочитают избегать идейных боевиков-радикалов и ветеранов с ПТСР, желающих из-за психотравм «жить войной».

В современных военных конфликтах при возрастающем совершенстве технологий всё более сложной проблемой оказывается найти мотивированную пехоту для ближнего боя: которая сможет профессионально штурмовать вражеские позиции и нести неизбежные потери — и при этом не окажется «золотой» в смысле индивидуального отбора и затрат на подготовку, как немногочисленные высокопрофессиональные спецподразделения.

Более того, даже военные потери уровня десятков человек в год для многих современных обществ оказываются чрезмерными и недопустимыми. А опосредованное и дистанционное убийство «из кресла с кофе через монитор» часто оказывается причиной серьёзных психических травм, этических противоречий, проблем социального характера — что уже хорошо осознаётся на примере американских операторов ударных БПЛА.

Однако правительства и прочие политические акторы пока совершенно не готовы отказываться от войны как «последнего довода политиков». И автономные боевые системы в этой ситуации, при всей своей сомнительности с множества точек зрения — слишком удобный инструмент войны будущего.

Автономная машина может иметь несравнимо лучшую скорость реакции и точность, чем любой оператор-человек. С ней не получится так просто перехватить дистанционное управление, как в случае с некоторыми американскими дронами. И уж тем более машина не боится идти в атаку на вражеские позиции. На роботов не нужно писать похоронки, их потери не возмущают избирателей и налогоплательщиков.

У автономной боевой машины нет рефлексирующего и сомневающегося оператора, которого потом придётся лечить от алкоголизма и ПТСР, или разбираться с последствиями «слива» журналистам секретной информации о внесудебных убийствах. Машина не сомневается в этичности и законности участия в некой конкретной операции, особенно не очень официальной.

В конце концов, некоторые вещи можно будет свалить на сбои систем, выразить сожаления — и при этом у военного преступления может не быть конкретного виновника. Ответственность оказывается размытой, никто лично не нажимал на курок — ни оператор, ни командир, ни политик. «Так получилось, это же машина, а мы предупреждали не появляться в том районе».

Естественно, всё более активное применение автономных боевых систем будет встречать всё большее сопротивление общественности. Многие уже имеющиеся проблемы, скорее всего, только усугубятся. Даже операторы-люди трагически часто наносят удары по гражданским или своим же — с машинными алгоритмами это может оказаться ещё более частым явлением.

Очень многие современные конфликты имеют форму партизанской или полупартизанской войны, где грань между комбатантом и некомбатантом крайне размыта. Как именно прописывать машине определение легитимной цели, если человек с автоматом на плече в гражданской одежде может быть и повстанцем, и вполне мирным пастухом, а боевики, скажем, имеют привычку использовать для перемещения машины «скорой помощи»? Как солдату избежать гибели от огня робота, если он собрался сдаться? Как роботу отличить залёгших бойцов противника от неспособных продолжать бой раненых?

Получится ли осуществлять непосредственную поддержку войск в том самом, важном и сложном для современных армий ближнем огневом бою без недопустимого риска обстрела своих солдат — хотя камуфляж и обвес у сторон могут быть похожи до слабой различимости с дистанции, а в «гаражную» РЭБ оказываются способны даже племенные ополченцы в тапочках?

Хуже того: как «разруливать» ситуацию, если боевые роботы автоматически обстреляют солдат, пограничников или роботов другой страны на её территории? А если это случится из-за сбоя или провокации в условиях острого военно-политического кризиса, когда войска стянуты к границам у всех «пальцы пляшут на спусковых крючках»?

Отдельным большим вопросом неизбежно станет совмещение автономных боевых систем с нейросетями. Нейросети могут существенно повысить гибкость, адаптивность и общую эффективность боевых машин, сделать их самообучаемыми, гораздо более живучими и смертоносными — но это же делает их поведение гораздо менее предсказуемым даже для собственных создателей и владельцев. И начинает совсем уж откровенно напоминать классику антиутопий вроде «Терминатора» и страж-птиц Роберта Шекли. А уж если дело дойдёт до автоматизированных систем управления войсками… ну вы поняли.

Всё это открывает массу сложнейших вопросов, которые, так или иначе, придётся решать в ближайшие десятилетия. Опыт человечества показывает, что универсальных рецептов и алгоритмов нет. Люди воздержались от боевого применения ядерного оружия после Хиросимы и Нагасаки – хотя у очень многих «чесались руки» применить его в локальных конфликтах. Люди сумели не пустить в ход огромные запасы химического оружия даже среди жесточайшей Второй мировой войны – за прискорбным исключением японских войск в Китае. В то же время попытки запретить применение, скажем, белого фосфора и противопехотных мин до сих пор не слишком успешны.

Интенсивность международной дискуссии об автономных боевых системах будет возрастать параллельно росту интенсивности их боевого применения. Многое будет зависеть от практики этого применения: от реальной эффективности и полезности на поле боя для военных, от числа громких трагедий, связанных с их использованием.

Возможно, войны будущего превратятся в столкновения армий роботов почти без участия людей. Возможно, общественное давление окажется настолько сильным, а выгоды применения – сомнительными, что сами ведущие военные державы со временем сочтут за благо поддержать запрет и следить за его выполнением. Однако даже в этом случае ход прогресса приведёт к тому, что довольно скоро автономную боевую машину, в том числе с нейросетью, можно будет собрать «в гараже». Что будет иметь следствием ещё одну гору сложнейших военных, социальных и политических проблем.

Ясно только одно: мы уже вступили в эпоху роботов-убийц, превратившихся из фантастики в реальность, и в ближайшие годы мы всё чаще будем видеть их на полях сражений XXI века.

Такие дела.

Боевые дроны: граница на замке

Цели и задачи

Для чего нужны микродроны?

Сразу напрашивается применение их в качестве средств разведки. И в настоящий момент разведка является приоритетным направлением использования микро-БПЛА. Это направление активно развивается в ведущих странах мира.

Одним из наиболее совершенных представителей этого типа вооружений является микро-БПЛА PD-100 Black Hornet Nano, разработанный норвежской компанией Prox Dynamics.

При массе порядка 18 грамм (!) длина микро-БПЛА Black Hornet Nano составляет около 100 мм, ширина 25 мм, диаметр ротора 100 мм. Максимальная продолжительность полёта составляет 25 минут на дальности до 1 километра. Максимальная скорость 5 м/с (при скорости ветра до 8 м/с).

Разведывательное оборудования микро-БПЛА Black Hornet Nano включает цветную телевизионную и тепловизионную камеры, передающие изображение на пульт оператора в реальном времени по цифровому зашифрованному радиоканалу.

Презентация микро-БПЛА PD-100 Black Hornet Nano

В настоящий момент разработана уже третья модификация БПЛА Black Hornet Nano – ветроустойчивость увеличена до 10 м/с, максимальное удаление от оператора возросло до двух километров, масса – до 33 грамм.

Для группового запуска микро-БПЛА Black Hornet Nano разработана система Black Hornet VRS, обеспечивающая размещение микро-БПЛА на транспортных средствах.

Целесообразно ли оснащать микро-БПЛА боевой частью для превращения их в микродроны-камикадзе?

Бронетехнику ими уничтожить сложно. Если только повреждать чувствительные элементы – средства разведки, какие-то уязвимые элементы конструкции.

Иная ситуация с живой силой.

С одной стороны, технологии средств индивидуальной бронезащиты (СИБ) непрерывно совершенствуются: Доспехи бога: технологии для перспективных средств индивидуальной бронезащиты, и в ближайшей перспективе достигнут такого уровня, при котором существующие массовые образцы стрелкового оружия не смогут обеспечить достаточную эффективность при поражении живой силы противника.

С другой стороны, в военных конфликтах стрелковое оружие до сих пор обеспечивает поражение от 30 % до 50 % живой силы противника. Увеличение эффективности СИЗ приведёт не только к снижению эффективности стрелкового оружия, но и к снижению эффективности осколочно-фугасных боевых частей: Боевой скафандр. Статистика ранений, пули и осколки.

Одним из путей решения этой проблемы является создание перспективных образцов стрелкового оружия с улучшенными характеристиками. В частности, в США в активной разработке находится программа перспективного стрелкового оружия NGSW (Next Generation Squad Weapon Rifle).

В России такие разработки если и ведутся, то их подробности засекречены. Потенциально перспективное российское стрелковое оружие может быть создано на базе

или даже

(что менее вероятно в обозримой перспективе).

Однако появление более эффективных образцов стрелкового оружия не решает проблему снижения эффективности осколочно-фугасных боеприпасов, таких как гранаты подствольных и автоматических гранатомётов, ручные гранаты и других боеприпасов с лёгкими осколками.

Потенциально усиление СИБ может потребовать перехода от поражения осколочным полем к прямому поражению живой силы боевой частью. Подобно тому, как зенитные управляемые ракеты (ЗУР) и ракеты класса воздух-воздух (В-В) перешли от осколочного поражения цели к прямому поражению целей (hit-to-kill).

Массогабаритные характеристики существующих и перспективных микро-БПЛА вполне позволяют разместить на них малогабаритную боевую часть, способную обеспечить поражение бойцов, защищённых любыми существующими и перспективными средствами индивидуальной защиты. А система наведения позволит обеспечить прямое попадание микро-БПЛА в цель.

Сразу возникает вопрос цены. Если при поражении боевой техники критерий стоимость-эффективность будет работать в пользу БПЛА, то будет ли экономически оправданно использовать микро-БПЛА против живой силы?

С одной стороны, стоимость самого стрелкового оружия невысока, по сравнению с другими типами вооружений.

С другой стороны, по статистике на поражение одной цели тратятся тысячи и даже десятки тысяч патронов.

В период Первой мировой войны на одного погибшего от пули солдата приходилось 7000 потраченных патронов. В период Второй мировой войны – 25 000 патронов. В Корейской войне – 50 000 патронов. В войне во Вьетнаме – 200 000 патронов. В советском военном конфликте в Афганистане – 250 000 патронов на одного убитого.

Безусловно, эти цифры не учитывают множества факторов. И, скорее всего, сильно завышены. Но даже если мы уменьшим количество истраченных на одного убитого патронов на порядок, всё равно получается цифра 20–25 тысяч патронов.

Розничная стоимость патрона 5,45х39 мм составляет 10–15 рублей, оптовая – 5–7 рублей. Стоимость поставки для военных, предположительно, составляет 1–3 рубля.

Итого один убитый солдат противника обходится в 20–75 тысяч рублей или примерно 250–1000 долларов по текущему курсу.

Уничтожение противника другими типами вооружений дешевле не обходится – снаряды, ракеты, мины стоят ещё больших денег, как и часы полёта или эксплуатации боевой техники.

И если стоимость микро-БПЛА Black Hornet Nano предположительно достаточно высока и может составлять от нескольких тысяч долларов, то коммерческие модели аналогичных габаритов, обладающие хоть и меньшими, но сравнимыми характеристиками, стоят значительно дешевле.

Оцените статью
Радиокоптер.ру
Добавить комментарий